» Биография
» Библиография
» Тексты
» Рецензии, интервью, отзывы
» Фотогалерея
» Письма читателей
» Вопросы и ответы
» Юбилеи
» Гостевая книга
» Контакты

АЛИСА and АЛИСА

Глава первая,
которая предназначается не детям, а родителям

  Однажды Алисина няня, дама очень средних лет, больше всего на свете любившая разгадывать кроссворды и всякого рода головоломки, спросила у родителей девочки:
  - Как вы думаете, Алисе уже можно читать про Алису?
  - Сказку про девочку, которая наелась сырых грибов и «глюканула»? – спросил папа.
  - Сочиненную профессором математики, который любил катать на лодке маленьких девочек? – прибавила мама.
  - Но это же сплошная бессмыслица, абракадабра, абсурд и нонсенс! – возмутилась ученая бабушка.
  И все трое сказали хором:
  - Алисе рано читать про Алису!
  - Но она просит, - предупредила няня. – Можно сказать, настаивает.
  - Что значит «настаивает»? – удивился папа. – Как она вообще узнала, что есть такая книжка?
  - Между прочим, это была твоя идея – назвать ее Алисой, - заметила мама. – Теперь каждый, кто с ней знакомится, считает своим долгом пошутить: «Алиса? А ты случайно не из Страны чудес?». Вот она и спрашивает: кто такая эта Алиса, что это за Страна чудес и главное – почему она до их пор там не была. В цирке была, в зоопарке была, а в Стране чудес не была!
  - Разве это не одно и то же? – пошутил папа.
  Но маме было не до шуток. Уж она-то знала свою Алису. Стоит только начать читать ей новую книжку, как тут же посыплются вопросы. Объяснить, зачем волк съел Красную Шапочку – это еще куда ни шло… А вот если девочка спросит, почему курит Голубая Гусеница и что такое кальян…
  Пока взрослые решали, доросла ли их Алиса до Страны чудес, она сама все прекрасно разузнала, ведь, кроме книжек, существуют еще и мультики. И уж их-то крутят по телевизору, когда захотят, совершенно не спрашивая для этого разрешения у родителей.
  Папы с мамой как раз не было дома, когда по десятому каналу пустили диснеевскую «Алису». Не успела няня и глазом моргнуть, как девочка прилипла к экрану – не оторвать. Честно говоря, няня не очень и пыталась ее отрывать, ей самой хотелось спокойно посидеть в кресле с воскресной газетой и разгадать парочку дьявольски трудных «судоку». Время от времени она поднимала голову от клеточек с цифрами, не желающими выстраиваться, как надо, и взглядывала то на притихшую Алису, то – на экран телевизора, где какой-то полоумный заяц окунал карманные часы в чай и засовывал в заварочный чайник другого зайца, поменьше.
  - Бред… - бормотала няня и снова углублялась в решение математической задачки.
  Насмотревшись на ночь «чудес», Алиса долго не могла уснуть и все спрашивала, почему это девочка, очутившись под землей, пила и ела там всякую гадость, а у нее после этого даже живот не заболел?
  Но няня на все вопросы отвечала:
  - Спи и не морочь мне голову!

 


Глава вторая,
в которой Алиса ждет Белого Кролика

  Вскоре после этого, выйдя однажды утром в сад, мама обнаружила свою девочку тихо сидящей на траве под деревом – большой, развесистой грушей.
  - Что это ты тут уселась? – спросила мама.
  - Ах, мамочка, не мешай, уходи! – замахала на нее Алиса. – Не видишь, я жду, когда мимо пробежит Белый Кролик.
  «Ну, началось…» - подумала мама, а вслух сказала:
  - Ладно уж, сиди, если тебе так хочется. Только надо что-нибудь здесь постелить, а то простудишься.
Мама вынесла из дома шерстяной плед в клетку, расстелила его под деревом и даже разрешила Алисе немного поваляться, в надежде, что она поваляется, поваляется и уснет.
  Солнышко пригревало. Алиса легла сначала на живот и некоторое время наблюдала, как по стеблю травы ползет муравей. Потом перевернулась на спину и стала смотреть на облака, бредущие куда-то, как стадо белых барашков. От жары ее совсем разморило, глаза начали закрываться, и чтобы устроиться поудобнее, она повернулась на бочок, подложила ладошку под щеку, как вдруг… прямо перед ней промелькнули в траве чьи-то белые уши.
  - Кролик! – вскричала Алиса. – Стой, Кролик! Подожди!
  Но Кролик и не думал убегать. Стоя на всех четырех, а вовсе не на двух лапах, он мирно щипал травку невдалеке от забора. Девочка подползла на четвереньках поближе и уставилась на Кролика. Никакой жилетки на нем не было, следовательно, не было и кармана, из которого он мог бы вынуть свои знаменитые часы. По правде сказать, и слов «Ай-ай-ай! Опаздываю!» Алиса  не услышала, возможно, Кролик слишком тихо их произнес.
  «Наверное, это еще не совсем тот, кого я жду» - подумала Алиса и уже собралась ползти обратно, но тут Кролик покосился на нее своим розовым глазом и совершенно внятно сказал:
  - Да я это, я…
  - А где же твоя… ваша жилетка? – спросила Алиса недоверчиво, на всякий  случай перейдя на «вы».
  - А какой сегодня день? – спросил Кролик.
  - Кажется, пятница.
  - О! Это как раз тот день, когда я отдаю ее в чистку.
  - А часики ваши где? – продолжала не верить Алиса.
  - А какой сегодня день? – снова спросил Кролик.
  - Я вам уже сказала: пятница.
  - А! По пятницам я как раз отношу их в починку.
  - Значит, вы сегодня никуда не спешите?
  - А какой сегодня день? – в третий раз спросил Кролик.
  - Все еще пятница, - сообщила Алиса.
  - У-у! По пятницам я точно никуда не спешу.
  - Значит, Королева не играет сегодня в крокет?
  - Какая  Королева? – удивился Белый Кролик.
  - Пятница! – брякнула невпопад Алиса.
  - Пятница… пятница… - призадумался Кролик. – Не знаю никакой Королевы Пятницы. И вообще, у меня сегодня выходной. Могу я в свой законный выходной спокойно, как нормальный кролик, пощипать травку?
  - Конечно, конечно, щипайте, сколько хотите, мне не жалко, - сказала Алиса, пятясь на коленках назад.
  Кролик проводил ее длинным косым взглядом и снова принялся за траву.

 

Глава третья,
в которой Алиса знакомится с Котом

  Вернувшись на прежнее место, под грушу, Алиса стала раздумывать, как быть дальше. Просто так сидеть или лежать было скучно.
  - Как жаль, что именно сегодня у Кролика выходной! – сказала она тихо, как бы разговаривая сама с собой. – Мне ведь так хотелось провалиться сквозь землю…
  - Это еще зачем? – раздался сверху чей-то голос.
  Алиса вскочила и завертела головой. Прямо перед ней сидел на нижней ветке дерева большущий кот. Вид у него был вполне дружелюбный.
  - Здравствуйте! – обрадовалась Алиса. – Вы случайно не Чеширский Кот?
  - Я случайно сибирский кот, но в роду у меня случались и чеширские коты. Один кот был очень даже чеширский. Родом он был из того самого графства Чешир, что и профессор математики Чарлз Л. Доджсон, он же Льюис Кэрролл, если, конечно, это имя вам о чем-нибудь говорит.
  - Разве имя может говорить? – удивилась Алиса.
  - Еще как! Вот вас, к примеру, как зовут?
   - По-разному, - сказала Алиса. – Мама зовет: «Счастье мое, иди обедать!». Папа зовет: «Лисенок, пойдем гулять!». А бабушка зовет: «Кузюпка, пора спать!». Но вообще-то я – Алиса. А вам мое имя о чем-нибудь говорит?
  - Еще бы! – вскричал Кот. – Мы говорим: Алиса, подразумеваем: Льюис Кэрролл. Мы говорим: Льюис Кэрролл, подразумеваем: Алиса!
  - Но я ничего такого не под… не подо… зреваю, - покачала головой Алиса. – Когда я с кем-нибудь знакомлюсь, я просто делаю вот так.
  Она слегка присела, держась за края своего платьица, склонила головку и произнесла нараспев:
  - Очень приятно, Алиса.
  - Очень приятно, Кот!
  Потомок Чеширского Кота, явно польщенный знакомством, приосанился, разгладил усы и отвесил такой глубокий поклон, что чуть не свалился с груши. При этом морда его расплылась в самой настоящей улыбке. Потом улыбка, словно отклеившись от его усов, отлетела в сторону и, зацепившись за ветку, осталась висеть там сама по себе.
  - Если я не ослышался, - продолжил Кот уже с самым серьезным видом, - вы хотели провалиться сквозь землю? Но позвольте узнать, зачем?! Разве вы совершили какой-то плохой поступок? Разбили мамину любимую вазу? Вытоптали цветы на клумбе? Уронили в пруд ключи от дома?
  - Нет-нет! – замахала руками Алиса. – Никакую я клумбу не разбивала, ключи в вазу не роняла и пруд не вытаптывала!
  - Значит, вы не сделали ничего такого, за что вам было бы очень-очень, просто невыносимо стыдно?
  - Совсем ничего такого, - покачала головой Алиса.
  - Зачем же тогда проваливаться сквозь землю? – удивился Кот.
  - Ну как же вы, такой большой, и не понимаете? – всплеснула руками Алиса. – Ведь там, в подземелье, Страна чудес!
  - Ну, это кому как, - сказал Кот, покачиваясь на ветке. – Лично мне и здесь хорошо!
  - А мне здесь скучно! – топнула ногой Алиса. – Каждый день одно и то же: утром – каша, в обед – суп и котлета, после ужина – «Спокойной ночи, малыши!», мыться и спать…
  - Позвольте уточнить, - облизнулся Кот, - какую именно кашу вы едите по утрам?
  - Овсяную, - мимоходом сказала Алиса и продолжала доказывать свое: - Хочется же каких-нибудь чудес-расчудес, чепухи какой-нибудь на постном масле, вы меня понимаете?
  - На постном – не понимаю. Я понимаю только на сливочном, - снова облизнулся Кот.
  - Я принесу вам сколько хотите сливочного масла, только…
  - И сметаны!
  - Хорошо, и сметаны, только скажите…
  - И сыру!
  - Хорошо, и сыру, только скажите, пожалуйста…
  - И сосисок. Я предпочитаю молочные!
  - Хорошо, будут вам молочные. Только скажите же, наконец: куда мне отсюда идти и где свернуть, чтобы попасть в Страну чудес?
  Кот почесал лапой за ухом.
  - А какой сегодня день?
  - Пятница… - упавшим голосом сказала Алиса.
  Кот развел лапы.
  - Ничем не могу помочь. По пятницам в Стране чудес – этот, как его… санитарный день, вот. Посторонним вход воспрещен!
  - Но я же не посторонняя, - попробовала возразить Алиса. – Вы же сами только что говорили…
  - Я? А что я такого сказал?
  - Ну… что мое имя… что, когда вы говорите «Алиса», вы сразу под…подо… зреваете какого-то Короля Луиса, ой, нет, Луиса Корролля, ой...
  Алиса готова была заплакать.
  - О! Какая чепуха началась, - разочарованно протянул Кот. – Только не вздумайте развести здесь целое море слез. Имейте в виду: я плавать не умею!
  - Хорошо, хорошо, - согласилась Алиса. – Я только немного умоюсь слезами, и все.
  Она всхлипнула раз, другой, потерла кулачками глаза и успокоилась.
  - В сущности, что такое Страна чудес? – сказал Кот после непродолжительных размышлений, во время которых ему во всех подробностях представилась большая молочная сосиска, намазанная сливочным маслом и обмакнутая в сметану. – Это просто Вообразилия какая-то! Или, к примеру, Удивляндия! Или – Чепухания! А может, даже Расчудесия! Что вам больше нравится – выбирайте.
(Кот явно почитывал на досуге Бориса Заходера).
  - Мне больше нравится Расчудесия! – с готовностью сказала Алиса, решив, что не все еще потеряно.
  - В таком случае вам незачем лезть в какую-то нору и ползти там, под землей, на четвереньках, а потом еще лететь вверх тормашками неизвестно сколько и неизвестно куда. Учтите, там темно, сыро и довольно противно. Бр-р-р… Кстати, кое-кто из обитателей этой норы по пятницам выбирается на поверхность – на солнышке погреться, воздухом свежим подышать…
  - Знаю, - сказала Алиса. – Я уже видела тут одного. Щиплет травку, как самый обыкновенный кролик.
  - Я и сам люблю провести уик-энд где-нибудь на даче. Рыбку половить… - он протянул лапу, снял с ветки свою улыбку и прилепил ее назад, к мордочке. – У вас в пруду водятся рыбки?
   - Водятся, еще как водятся, прямо в воде и живут! Только их ловить нельзя, они еще маленькие, аквариумные.
  - Разберемся, - промурлыкал Кот. – Вот дождемся всех остальных и я вам обещаю такую Расчудесию!
  - Прямо здесь? – Алиса, кажется, была разочарована.
  - Почему бы и нет? – продолжал улыбаться приклеенной улыбкой Кот. – Чудесный сад, чудесная погода…  Вообразим что-нибудь этакое! Поудивляемся на славу! Наговорим чепухи! Словом, чудесно проведем время. Хотя время, как известно, не проведешь, оно само кого хочешь… Кстати, можете пока сбегать за сосисками.

                        

Глава четвертая,
в которой  происходит безумное чаепитие

  Когда Алиса вернулась в сад с целой корзиной еды, она нашла под деревом довольно теплую компанию. Кроме уже знакомых ей Кота и Кролика, вальяжно развалившихся на клетчатом пледе, здесь были также: Мартовский (он же Полоумный, он же Очумелый) Заяц со своими чайниками и чашками, которые он расставил на траве строго как попало; некто Шляпник (он же Болванщик, он же Котелок, он же просто Шляпа), который, едва завидев Алису, стал кричать: «Мест нет! Занято!»; а также зверек непонятной породы по имени Садовая  Соня, который сладко спал, обняв заварочный чайник.
  - Если пикник устраиваю я, - строго сказала Алиса, - то я и решаю, есть места или их нет. Ну-ка, подвиньтесь!
  Не успела Алиса поставить на траву корзину с едой, как гости – Кот, Кролик и Заяц – залезли в нее с головой и ногами и в один присест все, что там было, съели, после чего в пустую уже корзину запрыгнула Садовая Соня и, свернувшись там калачиком, продолжала сладко спать.
  Алиса хотела было сделать своим гостям замечание, мол, нельзя же так быстро есть, от этого может заболеть живот, но решила, что это будет не очень-то вежливо, и промолчала.
  Тем временем Болванщик достал из чашки с чаем часы, хорошенько их встряхнул, поднес к уху и сказал:
  - Какое сегодня число? Четвертое мая?
  - С чего вы взяли? – удивилась Алиса.
  - А у нас всегда четвертое мая, всегда пять часов вечера и всегда пора пить чай. Ничего другого эти часы не показывают.
  - Странно, - сказала Алиса. – А у нас сегодня – седьмое августа, кстати, мой день рождения.
  - Врут на три дня и три месяца, - заключил  Болванщик и с размаху плюхнул часы назад в чашку.
  - Между прочим, в день рождения полагается дарить подарки, - напомнила Алиса.
  - И что ты нам подаришь? – спросила, высунувшись из корзинки, Садовая Соня и, не дождавшись ответа, снова рухнула на дно.
  - Я? – растерялась Алиса. – Ну, я… могу подарить вам именинный пирог. Мама как раз сейчас ставит его в духовку. А вы мне что подарите?
  Гости пошушукались между собой.
  - Мы подарим тебе наш любимый вишневый мармалад! – важно сказал Заяц.
  - Спасибо! – обрадовалась Алиса. – Я люблю мармелад, особенно вишневый. Ну и где же он? Что-то я его не вижу.
  - А его тут и нет. Мы его давно съели, - признался Шляпа.
  - Зачем же дарить то, чего нет? – обиделась Алиса. – Это как-то нечестно…
  Шляпа сделал большие глаза.
  - А зачем дарить то, что и так есть?
  - Полоумные, что с них взять, - улыбнулся Кот.
  Видя, что Алиса  обиделась, гости снова зашушукались.
  - Ну, если ты такая обидчивая, я, так и быть, могу подарить тебе чудесную болванку для Шляпы, - сказал Болванщик.
  - Для какой еще шляпы? – спросила Алиса, ожидая нового подвоха.
  - Какой, какой… Вот такой – и Болванщик указал на собственный сильно примятый цилиндр. – Других не делаем.
  - Большое спасибо, конечно, но я таких шляп не ношу, - сказала Алиса. – Я, если вы успели заметить, всего лишь девочка, а эти штуки носят только жен… джен… джент… В общем, взрослые дяденьки.
  - Ты хотела сказать настоящие «джентльмены»? – пришел на помощь Кролик.
  - Ну, да это ведь одно и то же. Любой настоящий джен-тыль-мен – это и есть взрослый дяденька.
  - Ты бы еще сказала, что любой взрослый  дяденька – это и есть настоящий джентльмен, – хмыкнула в корзине Соня, – в то время как это далеко, далеко  не так!
  - Да ну вас, совсем вы меня запутали, - махнула рукой Алиса. – Не надо мне ваших подарков.
  - А загадку хочешь? – предложил Кролик.
  - Давайте хоть загадку, раз ничего другого нет, -  вздохнула Алиса. – Загадки я тоже люблю.
  - В чем разница между столом и пуганой вороной? – брякнул Кролик.
  - А стол какой, обеденный?
  - Нет, кухонный. Или нет, письменный. Хотя, если подумать, это и не стол вообще, а… конторка, вот что!  Или нет, парта, да, точно, школьная парта, - Кролик совсем зарапортовался.
  - А вы сами-то знаете отгадку этой загадки? – на всякий случай спросила Алиса.
  - Если бы я знал отгадку этой загадки, - сказал Кролик, - я бы немедленно написал в Академию наук.
  - А вот я, кажется, знаю, - немного подумав, объявила Алиса. – Между вороной и партой вовсе нет никакой разницы. Парта – это замершая ворона. Ворона – это ожившая парта.
  Гости от такого ответа даже слегка обалдели.
  - Объясни им, они не понимают, - послышалось из корзины.
  - Нет ничего проще, - сказала Алиса. – Представьте, что вы смотрите на ворону сбоку, представили? А теперь представьте, что вы смотрите сбоку на парту. У вороны спинка черная и покатая, и у парты спинка, то есть крышка, - черная и покатая. Логично?
  - Не вижу никакой логики! – закричал Болванщик. – Чайник вижу, корзину вижу, Соню в корзине вижу, а логики не вижу. Где она, где, покажите мне ее!
  - Ну, я даже не знаю, как вам ее показать, - развела руками Алиса. – Я просто чувствую, что она где-то здесь…
  - А не знаешь, так не умничай! – перебил ее Шляпа.
  После этих слов Алиса окончательно обиделась, встала и молча удалилась.
  «С такими дураками только чай пить!» - думала она, уходя по садовой дорожке в сторону пруда и клумбы с цветами.


                                
Глава пятая,
в которой Алиса говорит с цветами и встречается с Черной Королевой

  Посреди клумбы рос большой куст роз, но не розовых, а зеленовато-белых. Его окружали яркие, веселые маргаритки. А в пруду плавали крупные желтые лилии.
  «У всех этих цветов, - подумала Алиса, - имена в точности такие, как бывают у девочек – Роза, Лилия, Маргарита… Если  б они еще говорить умели!».
  - Говорить-то мы умеем, - послышалось с клумбы. – Было бы с кем!
  Алиса остановилась.
  - Это вы сказали? – обратилась она к розам.
  Белые розы слегка покраснели и стыдливо закивали бутонами.
  - Вы и краснеть умеете? – еще больше удивилась Алиса.
  - Приходится, чтобы прикрыть чужой грех, - признались розы.
  - Но что это значит – «прикрыть чужой грех»? – не поняла Алиса.
  И тогда розы поведали ей грустную историю о садовниках, которым велено было посадить красные розы, а они все перепутали и посадили белые (а может, они и посадили красные, а выросли почему-то белые – так тоже бывает). Заметив свою оплошность, бедные садовники стали наспех перекрашивать белые розы в красные, но не успели довести дело до конца, как нагрянула сама Королева и велела отрубить головы всем этим негодным…
  - Розам?
  - Да нет, садовникам. С тех пор приходится нам самим прикрывать их грех, и как только приближается Королева, мы сразу розовеем от стыда и страха.
  - Надо было предложить Королеве розовые очки, - сказала Алиса. –  У меня дома есть одни, очень симпатичные. В них на что ни посмотришь, - все такое розовое, розовое…
  - Прелестно, прелестно! – залепетали своими крошечными лепестками маргаритки.
  А желтые водяные лилии грустно прошелестели:
  - Нашей Королеве это не поможет. Она уже носит одни очки – черные, и все видит в черном свете, оттого-то она такая злая.
  - Не хотела бы я с ней встретиться, - поежилась Алиса.
  - А придется, - вздохнули розы и еще гуще покраснели. – Она идет сюда! Мы уже слышим ее шаги – топ-топ! Только она так топает, когда идет по дорожке.
  Алиса повернулась, чтобы убежать, но ноги сами понесли ее в обратную сторону, и так, пятясь, она пошла задом-наперед по дорожке, пока не уперлась спиной во что-то твердое и острое. Обернувшись, она увидела прямо перед собой Королеву.
  Это была очень строгая сухая дама, одетая во все черное, с тонко вырезанной фигурой, длинной шеей и высоко поднятой головой в изящной золотой короне.
  Алисе ничего не оставалось, как поклониться и сказать:
  - Добрый день, ваше величество!
  - Никогда не заговаривай первой, - строго сказала Черная Королева. – Когда идешь, носки ставь врозь. Кто ты такая?
  - Я просто девочка, - поспешила объясниться Алиса. – И просто гуляю в саду…
  - Разве это сад? – надменно сказала королева. – Видала я такие сады, рядом с которыми этот – просто какой-то огород.
  - Но его не так давно посадили, - вступилась за сад Алиса. – А когда он вырастет, будет большой и красивый. Как в сказке.
  - Не мели чепухи! – отрезала Королева.
  - Разве это чепуха? – в тон ей отвечала Алиса. – Читала я такую чепуху (сами знаете, где), рядом с которой это – просто толковый словарь Даля.
  - Как! – вскричала Королева. – Ты знаешь толк в толковых словарях? Тогда растолкуй-ка мне вот этот стишок.
  И Королева скороговоркой пробормотала:

Варкалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве,
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.

  Алиса задумалась, беззвучно пошевелила губами и ровно через одну минуту так же быстро протараторила:

Смеркалось. Хлипкие хорьки
Шныряли по воде,
И хохотали индюки,
Как мюмзики в траве.

  - Не считается! – закричала Королева. – Ты не растолковала мюмзиков!
  - А чего их растолковывать? – пожала плечами Алиса. – Мюмзики, они и есть мюмзики. Маленькие такие, хорошенькие, прыг, прыг по мове и – хлюп в наву!
  - Все равно не считается! – еще громче крикнула Королева.
  - Почему это?
  - Потому что я терпеть не могу индюков! Важничают, воображают себя королевскими особами, а у самих во-о-от такие сопли под носом.
  - Хорошо, ваше величество. Не нравятся индюки, пусть тогда будут… пусть будут… светляки! «И хохотали светляки…». Нет, это мне и самой не нравится. Светляки, они такие невидимые, такие неслышимые… Они, наверное, и хохотать не умеют.
  - Все. Ты проиграла, - обрадовалась Королева. – Придется отрубить тебе голову.
  - Помилуйте, ваше величество! Я сейчас… зелюки… жулюки… туляки… Придумала!

И хохотали кулики,
Как мюмзики в траве.

  - Кулики – это еще куда ни шло, - согласилась Королева. – Ладно, ты помилована. Разрешаю тебе поцеловать мою руку.
  - Спасибо, что-то не хочется, - сказала Алиса, бесстрашно глядя Королеве в глаза.
Королева отвела взгляд и сказала примирительно:
  - Тогда проводи меня, пожалуйста, вон до той груши. Я спешу на пикник к Алисе.
  - Но я вас, кажется, еще не пригласила… - смутилась Алиса.
  - Да уж, от тебя дождешься! – Королева снова приняла гордый вид и крикнула куда-то в сторону:
  - Эй, свита! За мной!


Глава шестая,
в которой  Алиса наблюдает за игрой в шахматы

  Тут на садовую дорожку выступила из-за кустов целая процессия – первыми шли в две колонны (или в две колоды?) карты, слева – черной масти, справа – красной, или наоборот, неважно. За ними выступали смешанной толпой шахматы – впереди короли и королевы, за ними – ладьи, слоны и кони, замыкали шествие восемь пар пешек, белая с черной, черная с белой… И совсем уж после всех катились крокетные шары, присмотревшись к которым, Алиса узнала двух своих знакомых ежиков, давно живших в этом саду; а за ними, а за ними (вот чудеса, так чудеса!) ковыляли голенастые фламинго, норовя перевернуться с ног на голову, чтобы больше походить на клюшки.
  - Ой, мамочка, - схватилась за голову Алиса. – Где же я возьму столько угощения на всю эту ораву?
- Не волнуйся, детка, - шепнула ей, проходя мимо, Белая Королева. – Мы тут кое-что с собой прихватили, на пикник ведь положено являться со своими припасами.
  С этими словами Белая Королева приоткрыла шахматную доску, которую несла под мышкой, как дамскую сумочку. Алиса заглянула внутрь, там белело что-то расплющенное.
  - Знакомься, Алиса, это пудинг. Пудинг, это Алиса, - и Белая Королева тут же захлопнула доску-сумочку.
  - Что-то он неважно выглядит, - заметила Алиса. – Он там не испортится?
  - Этому пудингу уже сто пятьдесят лет, и если он до сих пор не испортился…
  Между тем, под деревом, где все еще продолжалось безумное чаепитие,  заметили процессию и бросились врассыпную. На освободившееся место под грушей водрузилась сама Черная Королева и вся ее свита. Шахматную доску раскрыли, как стол, подставив вместо ножек две белые ладьи. Пудинг при этом частью шлепнулся на плед, и в него тотчас угодили оба ежа; частью остался размазанным внутри доски, и фламинго, изогнув длинные шеи, стали слизывать остатки из-под крышки стола. Белые и черные кони отошли к забору, где еще оставалось после недавнего набега Кролика немного травы, и мирно паслись. Черные ладьи, как сторожевые башни, встали по обе стороны стола, а позади него частоколом выстроились пешки. Слоны (они же офицеры) несли караул, вышагивая по черно-бело-красным клеткам пледа.
  За стол уселись исключительно короли и королевы – черная пара и белая пара. Для начала они решили поиграть в карты. Пока Черный Король перетасовывал колоду, из нее буквально выпрыгнули два карточных короля – трефовый и червовый – и две дамы тех же мастей и, растолкав сидящих, тоже устроились за столом.
  - Чур, я играю белыми, - сказала Червовая Дама и тут же объявила рокировку, спрятав Белого Короля под стол и вытащив оттуда ладью, на которую он опирался.
Не обратив на это никакого внимания, Черный Король, между тем, объявил:
  - Черви – козыри! – и с размаху хряснул Червовой Дамой по столу.
  Алиса наблюдала за происходящим издали, не решаясь подойти, да ей, по правде говоря, и места за столом не осталось. Она еще никогда в жизни не видела, чтобы шахматы играли в карты, а карты – в шахматы, причем, одновременно. Да еще и вели при этом светскую беседу.
  - Весь мир – шахматы, - меланхолично говорил Черный Король. – Одни в нем короли, другие – пешки.
  - Весь мир – карты, - возражал ему Король Треф. – Одни в нем тузы, другие – шестерки…
  - Но при этом все в мире решают не короли, а королевы, - усмехались дамы – Трефовая и Червовая.
  Этот разговор показался Алисе чересчур умным, и она заскучала.
  Но если бы она подняла голову и взглянула на ветки дерева, под которым шла королевская игра, то наверняка заметила бы там знакомую мордуленцию Чеширского Кота, с нехорошей улыбкой наблюдавшего за столом. А загляни она под тот же розовый куст, она обнаружила бы там неразлучную парочку – Очумелого Зайца и Болванщика, которые, чтобы не терять времени, насобирали в цилиндр опавших лепестков розы и теперь заваривали себе из них чай. Садовая Соня спала, по своему обыкновению, в объятьях маргариток, и только Кролика нигде не было видно. Впрочем, Алиса о нем даже забыла, так много всего успело произойти с тех пор, как она заметила в траве его белые уши.
  - Присоединяйтесь, деточка! – позвала Алису Белая Королева.
  - Благодарю вас, ваше величество, но я не умею играть в карты.
  - Может, ты и в крокет не играешь?
  - Но разве это подходящие игры для девочки моего возраста?
Королева промолчала. Зато подал голос Белый Король:
  - Знавал я одного профессора математики, вот он был большой любитель этих игр. Представьте, он их даже в детские сказки умудрился вставить.
  - Это наводит на мысль, - заметил Король Треф. – Хотя и неясно, какую…
  - Схожу-ка я лучше за пирогом, - решила Алиса.
  - Да уж, дождешься у тебя пирога! – проворчала Черная Королева.
  Но в тот самый момент, когда Алиса уже направлялась к дому, ее снова окликнула Белая Королева, явно ей благоволившая. Алиса подошла, и ее величество с доброй, но несколько деревянной улыбкой протянула ей маленькую коробочку, похожую на маленькую пудреницу, и сказала:
  - Здесь то, о чем ты сейчас мечтаешь. Открой ее, когда пикник закончится.
  Алисе, которая больше всего на свете любила получать подарки, не терпелось открыть коробочку тотчас же, но, зная нрав другой, Черной Королевы, она не стала этого делать.
  Пикник закончился так же неожиданно, как начался. Вдруг на садовой дорожке показался Белый Кролик, на этот раз он был облачен в вычищенную и выглаженную жилетку, в кармане которой громко, как новенькие, тикали часы. Подойдя поближе к компании, Кролик вынул из-за спины трубу и три раз изо всех сил дунул в нее. Душераздирающие звуки заставили всех встрепенуться (кое-кто уже начинал придремывать на солнышке) и построиться в колонну по двое.
  - Налево! – скомандовал Кролик. – Шагом марш!
  - А как же пирог? – огорчилась Алиса.
  Но обе королевы и вся их свита уже выдвинулись на дорожку и послушно зашагали прочь из сада.

 

Глава седьмая,
в которой Алиса наконец-то встречается с Алисой

  Снова оставшись одна, Алиса прислонилась к дереву и загрустила.
  - Открой коробочку, - вдруг услышала она знакомый голос.
  Чеширский Кот сидел на своем прежнем месте, на нижней ветке дерева, и все так же дружелюбно улыбался.
  «Ах, да!» - спохватилась Алиса, достала из кармана коробочку и осторожно открыла. Под крышкой оказалось зеркальце. Алиса поднесла его к лицу и увидела девочку с золотистыми волосами и веселыми голубыми глазами. Девочка, хоть и была очень похожа на Алису, но казалась чуточку старше и одета была в другое, несколько старомодное платье.
  «Это я или не я?» - засомневалась Алиса и решила спросить об этом у самого зеркальца.
  - Я – Алиса. А ты кто?
  - Кто ты? А Алиса – я, - отозвалось зеркальце.
  - Если Алиса ты, кто же я?
  - Я же кто, ты Алиса если? – повторило зеркальце тот же набор слов, только в другом порядке.
  «Оно повторяет мои слова задом-наперед, - догадалась Алиса. – Может, надо сказать какое-то волшебное слово, чтобы эта девочка (Алиса уже поняла, что видит не свое отражение) захотела со мной поговорить по-человечески, без этого дурацкого передразнивания».
  Тут на помощь Алисе опять пришел Чеширский Кот. Он поманил ее лапой и что-то шепнул на ушко. Алиса просияла. Она снова открыла пудреницу и, глядя прямо в ясные голубые глаза девочки, произнесла три заветных слова:
  - Алиса Плэзнс Лидделл.
  Девочка в зеркальце улыбнулась.
  - И что ты о ней знаешь?
  - Я знаю, что это та самая девочка, с которой все началось.
  - Это было очень давно… Однажды Алиса Лидделл, ее сестры и друг их отца, профессор математики Доджсон катались в лодке по реке. Алиса попросила профессора рассказать им сказку. И он стал рассказывать о приключениях… самой Алисы, будто бы попавшей  в Страну чудес. Сестрам сказка очень понравилась. Потом он переписал ее на бумаге и послал девочкам по почте. А уж они дали почитать эту сказку своим подружкам, а те – своим… Позже профессор издал ее настоящей книгой и посвятил Алисе Лидделл, а себе взял имя  Льюис Кэрролл. Вскоре эту книгу прочитала и полюбила вся Англия, а потом и весь мир.
  - А что стало потом с этой девочкой? – спросила Алиса.
  - Потом она выросла, стала взрослой, вышла замуж, у нее были дети, потом она состарилась и умерла… Не грусти, это было очень давно, сто лет назад!
  - Значит, ты – это не она?
  - Я – всего лишь ее отражение, нет, лучше сказать: ее изображение, а также ее воображение, преображение и даже брожение, да, брожение ее ума!
  - И с тобой никогда не случится того, что случилось с ней? Ты не вырастешь, не состаришься и не умрешь?
  - Никогда! – торжественно пообещала Алиса из зеркальца.
  - А ты… можешь на минутку оттуда выйти?
  - Давай лучше ты ко мне.
  - Но как же я…
  - Переверни пудреницу, увидишь с обратной стороны дверку, через нее и войдешь.
  - Как же я пройду в такую маленькую дверку?
  - Придется тебе уменьшиться в размерах. А для этого надо что-нибудь съесть. Посмотри там, не растет ли поблизости что-нибудь подходящее, например, грибы.
  Алиса огляделась и заметила под деревом семейство бледно-зеленых поганок, прилепившихся прямо к стволу.
  - Расти-то растут, - сказала Алиса, - да вдруг они ядовитые? Съешь и отравишься, или живот заболит.
  - Об этом я как-то не подумала, - беспечно сказала Алиса в зеркальце. – Ну, тогда надо что-нибудь выпить. Посмотри, не валяется ли где-нибудь пузырек или флакончик?
  Алиса еще раз осмотрелась. В траве был разбросан кое-какой мусор, оставшийся от пикника. Среди огрызков груш и лепестков роз, которыми заваривали чай, блеснул маленький зеленый пузырек. Алиса подняла его и увидела приклеенную к горлышку бумажку со словами «Выпей меня!».
  - Ну, нет, - надула губы Алиса. – Не стану я пить из этого пузырька.
  Все-таки она была послушная девочка и не привыкла поднимать с земли что попало.
  - Дай-ка сначала я попробую, - сказал Чеширский Кот.
  Он храбро хлебнул из пузырька и облизнулся.
  - Вкусно!
  - На что похоже?
  - На вишневый мармелад, омлет, ананас, жареного индюка, горячие гренки и сладкую жвачку вместе взятые.
  - Фу, гадость! – скривилась Алиса. – Стошнит от такой смеси.
  Тем временем Кот стал стремительно уменьшаться в размерах и скоро превратился в небольшого котенка. Алиса даже смогла взять его на руки и погладить.
  - Ух, ты! Просто чудеса! – восхитилась Алиса. – Я бы, вообще-то, тоже не прочь в кого-нибудь превратиться. Сначала стать совсем маленькой, ниже травы, чтобы узнать, куда это муравьи все натаскивают, а потом стать большой, выше деревьев, чтобы заглянуть в птичкино гнездо и посмотреть, как там у них все устроено, только я…  боюсь.
  - Это совсем не страшно! – засмеялась зеркальная Алиса. – Это даже весело! Вверх – вниз, вверх – вниз, как на качелях.
  - А не укачивает? У меня от таких качелей, наверное, голова закружится. Или я сойду с ума.
  - Ну, с ума-то все мы сходим раз в сутки – и ничего.
  - Как это?
  - Очень просто – во сне. Сон – это и есть временное схождение с ума.
  - То сон… А наяву без ума страшно быть.
  - Ничего страшного. Вместо ума у тебя временно будет воображение. У тебя есть воображение?
  - Точно не знаю. Хотя мама говорит, что я – воображуля.
  - Воображуля, воображала… Нет, это не то.
  Вдруг Алису осенило. Она взяла пузырек, открыла крышечку и, повернув пудреницу обратной стороной, впрыснула вишнево-омлетно-ананасовую жидкость прямо в приоткрытую дверцу. Дверца на глазах стала расти, расти и скоро превратилась в средних размеров дверь, так что Алисе пришлось лишь слегка наклонить голову, чтобы войти, что она и сделала.
  Все-таки умная девочка эта Алиса, хотя многого еще не знает.

 

Глава восьмая,
в которой Алиса дает показания в суде

  Теперь она очутилась в большом зале, посреди которого восседал на троне судья в парике и мантии. В нем нетрудно было узнать Черного Короля, еще недавно игравшего в карты под деревом в саду. Рядом с ним сидела Черная Королева, которая все время вмешивалась в ход судебного заседания и только мешала разбирать дело.
  Места для зрителей были заполнены до отказа (как видно, суд был главным вечерним развлечением здешних обитателей). Среди них Алиса  заметила  Герцогиню с хрюкающим младенцем на руках,  Шалтая-Болтая,  ископаемую птицу Додо,  Льва и Единорога – словом, всех тех, с кем она не успела лично познакомиться по причине санитарного дня в Стране Чудес. Зато все те, кто еще недавно гостил в саду у Алисы, важно рассаживались на места присяжных заседателей и изо всех сил делали вид, что знать ее не знают.
  Перед судьей уже стояла та самая, очень похожая на Алису девочка в старомодном платье и прижимала к себе маленького черного котенка. Алиса, тоже державшая на руках  котенка, в которого несколько минут назад превратился Чеширский Кот, в замешательстве остановилась в дверях, не зная, куда ей идти и что делать.
  - Встаньте рядом, - приказал судья. – Вы будете обвиняемой, а вы – главной свидетельницей. Или наоборот, это неважно.
  - Ваше имя, обвиняемая!
  - Алиса, - хором сказали обе девочки, так как они не поняли, кого из них кем назначили.
  - Ваше имя, свидетельница!
  - Алиса, - снова хором ответили две Алисы.
  - Суду все ясно, - сказал Король. – Можно огласить обвинение.
  Вышел все тот же Белый Кролик, трижды протрубил в свою трубу, развернул пергаментный свиток и торжественно зачитал обвинение:

Эне, йене, рес,
Квинтер, финтер, жес!
Эне, йене, раба,
Квинтер, финтер, жаба!

Мы пришли к Алисе сами
Выпить чаю с пирогами,
Пирогов же нет и близко,
Съела их сама Алиска!

  - Отрубить голову! – взвизгнула Королева.
  - Которой из них? – осведомился судья, он же Король.
  - Это неважно.
  - Рано, рано! Их надо сначала допросить, - подсказал Кролик.
  - Что вам известно по данному вопросу, обвиняемая?
  - Ничего, - сказала одна из Алис.
  - И ничего больше?
  - И больше ничего, - сказала другая Алиса.
  - Все ясно. Казнить! – заорала Королева.
  - Но мы еще не выяснили, кто же все-таки съел пирог? – забеспокоился Кролик.
  - Кто смел, тот и съел, - промурлыкал вдруг Чеширский котенок.
  - Это важно? – спросил Король у Кролика. – Или неважно?
  - Важно, не важно, какая разница. Важно для того, кто съел. А для того, кому не досталось, неважно, кто съел, - пояснил Кролик. – Удаляйтесь на совещание.
  - Сначала казнить, потом совещание! – стукнула по столу Королева.
  - Да кто вас спрашивает! – прикрикнула на нее Алиса-свидетельница.
  А Алиса-обвиняемая выпустила из рук своего котенка, который тут же погнался за Кроликом, а тот – за Королевой, которую уже догонял выпущенный еще раньше Чеширский котенок, готовый вцепиться ей в корону, и тут такая кутерьма началась, что обе Алисы беспрепятственно улизнули из зала и бросились бежать.
  Они бежали и бежали, бежали и бежали по каким-то буграм и рытвинам (на самом деле это была площадка для крокета), и, когда совсем запыхавшись, наконец остановились, оказалось, что они стоят на том же месте, откуда убежали, - перед дверью в зал суда, за которой слышались визг Королевы и кошачье шипенье.
  Они прикрыли дверь поплотнее, и Алиса плеснула в нее остатки жидкости из пузырька. Дверь стала уменьшаться, уменьшаться и в конце концов превратилась в крошечную дырочку на обратной стороне пудреницы.
  Только после этого Алиса из сказки попрощалась с нашей Алисой, пообещав вскоре опять навестить ее здесь, в саду, и стала медленно исчезать, растворяться, только легкое дуновение осталось в вечернем воздухе. Алиса вдохнула этот воздух, потянулась, поднялась и… прихватив плед, быстро побежала по садовой дорожке в дом, к маме, которая как раз доставала из духовки поспевший к ужину именинный пирог.

Поиск



Новости
2019-10-16
Отзывы на книгу «Дмитрий Хворостовский. Голос и душа»

2019-08-28
Книга Светланы Шишковой-Шипуновой «Дмитрий Хворостовский. Голос и душа» вышла в финал национального конкурса «Книга года»-2019.

2019-06-13
Издательство "Вече" выпустило книгу "Дмитрий Хворостовский. Голос и душа" - первую полную биографию великого русского певца